Очерки по новейшей истории Латвии, Хорошо для дела

Балтийский курс. Новости и аналитика Суббота, 23.10.2021, 13:58

Моя жизнь в газете. Очерки по новейшей истории Латвии. Глава 8

Ольга Павук, Dr.oec, главный редактор, Baltic-course.com. Рига., 27.03.2021.версия для печати
Авторская статья «Почему капитал бежит из России», была опубликована летом 2000 года в журнале «Балтийский курс». Накануне российский центробанк внес Латвию в «черный список» нежелательных офшоров. Прошло 20 лет. А деньги из России всё бегут и бегут, и с невероятным ускорением. Посему эта давняя история нашла место в моих очерках по новейшей экономической истории.

Эта «тарелка» висела на крыше здания банка еще лет десять после его закрытия. Фото автора.

Напомним, что в конце 90-х, по данным российского центробанка, из России ежемесячно утекало 2-3 млрд. долларов. Это движение капиталов за рубеж с каждым годом усиливалось. Рекорд был поставлен в 2014 году, когда денежные переводы из России в дальнее зарубежье составили 49,8 млрд. долларов. В последующие годы цифры сокращались, однако в прошлый, 2020 год, отток капитала из РФ вырос, дойдя до 47,8 млрд. долларов против 22,1 млрд. годом ранее.


Глава 8. Почему капитал бежит из России

Еще в начале 2000-х Росфинмониторинг отмечал, что преступный капитал в России все чаще используется для кредитования частного бизнеса, подменяя легальный банковский сектор, а в отмывании доходов лидируют финансовые и торговые организации. Наряду с Кипром, многие годы занимавшим первую строчку в рейтинге иностранных инвестиций России, транзитом денежных потоков славились страны Балтии, и особенно Латвия, где количество коммерческих банков зашкаливало.

 

Заметим, что тогдашний, с 1998 по 2002 гг., председатель Банка России Виктор Геращенко отличал утечку от легального вывоза капитала. Борьбу российский центробанк вел с помощью всяких ограничений именно с утечкой. Весной 1999 года президент России Владимир Путин отдал письменное указание разобраться с латвийскими банками, обвиняемыми в утечке капитала из России. Можно предположить, что такое распоряжение было сделано под нажимом ЕС, который был категорически против принятия в свое сообщество государств, подходящих под определение оффшорных зон. А Банк России при всей любви и тесной привязке рубля к доллару, обсуждал вопрос о евро как об основной резервной валюте с учетом сближения с европейским экономическим блоком.


Алексей Симановский. Пресс-фото

Еще в октябре 1998 года директор департамента пруденциального надзора Банка России Алексей Симановский в беседе с БК допускал, что Балтию, и Латвию в частности, многие российские банкиры рассматривают как неофициальный (нелегализованный) оффшор. На счетах нерезидентов в латвийских банках держалось более 50% всех вкладов, в основном из России. 

                                         

Неблаговидные, по словам Симановского, действия некоторых балтийских банков вызвали запрет на деятельность их в России. В 1999 году Банк России внес Латвию в «черный список» нежелательных офшоров за номером 46. Будучи в мае 2000 года участником ежегодного собрания Европейского банка реконструкции и развития в Риге, А. Симановский подтвердил БК неизменную позицию российского центробанка по этому вопросу.

 

И все же никаких юридических оснований для причисления Латвии или другой балтийской страны к оффшорной зоне нет. Более того, никаких санкций за работу с латвийскими банками в России не существовало. Разве что более строгий финансовый и налоговый контроль, да сложности при открытии новых латвийских коррсчетов в российских банках: Банк России не рекомендовал этого делать. Хотя с уже открытыми коррсчетами работать не возбранялось. Но российская смекалка и прорехи в законодательстве позволяли не снижать, и даже увеличивать обороты.

 

Через несколько лет Латвия покинула оффшорный список российского центробанка. Но и сейчас Россия называет Латвию главным направлением вывоза незаконного капитала.

 

В чем же дело? Что же так раздражало и раздражает московских, а заодно  белорусских и украинских блюстителей порядка в сфере финансов?

 

Во всем виноват ParexДля ответа на вопросы придется вспомнить историю десятилетней давности, когда в Риге появились первые валютно-обменные пункты, открытые в 1990 году тогда еще туристической компанией Parex

 

Первым сообразив, сколь доходен этот бизнес, Parex стал зарабатывать на обмене валюты и в России, даже в самых дальних её уголках, а создав в 1992 году свой банк с тем же именем - Parex Bank, перешел на безналичную конвертацию. На валютной бирже в Таллинне тогда очень активно велись операции по торговле контрактами, под которые закупалась валюта.

 

Вслед за «пионером» обналичиванием валюты стали заниматься и другие балтийские банки. Но особенно преуспели в этом деле латвийцы - банки тогда росли как грибы: число их в маленькой Латвии доходило до 65. И все они стремились в Россию, валюту туда возили чемоданами (в стандартный дипломат входит полмиллиона долларов). Способствовал этому слабый валютный контроль на российской границе.


Посольство Латвии в Москве на улице Чаплыгина, 6.

На своей территорииНеоднократно в 90-е годы в СМИ проходила информация о задержании неких представителей латвийских банков в своих московских офисах, а также в офисах их иностранных коллег (российских, белорусских, украинских и др. бизнесменов), которые якобы обналичивали рубли в доллары. Такие случаи имели место даже на территории латвийского посольства в Москве - в гостинице «Talava», где квартировались агенты многих латвийских фирм и банков.

                                                        

По сведениям, предоставленным Банком Латвии, в середине 90-х по адресу посольства (ул. Чаплыгина, 3) даже были зарегистрированы официальные представительства Parex Bank и Deuche Lettische Bank (впоследствии - Hansabanka). По утверждению правоохранительных органов Москвы, именно здесь, на территории Латвии, на протяжении нескольких лет можно было обменять рубли на валюту, открыть счет в латвийском банке, перевести туда деньги с их конвертацией. При этом использовались бланки и другие документы латвийских банков.

 

Иногда Налоговая полиция и другие силовые структуры Москвы наведывались в подобные «представительства», находящиеся за пределами посольства. Так, в марте 1997 года налоговики обвинили московский офис Aizkraukles banka в незаконной деятельности. В конце того же года уголовные дела по факту незаконной деятельности против Aizkraukles banka и Parex Bank были возбуждены в Санкт-Петербурге. Балтийским банкам тогда предъявили претензии в размере нескольких десятков миллионов долларов, было сообщено об арестах счетов как минимум в 14 банках. Но с появлением первых судебных решений по действиям С-П налоговой инспекции устроителям акции пришлось признать, что они поторопились – все дела были прекращены. Проблемы имели место и у московского Парэкс банка (в 1998 году банк прекратил свою работу в России). В том же году в офисе одной их зарубежных фирм были арестованы курьеры Land banka - изъято 238 тыс. долларов, банковские бланки и реквизиты. Были случаи, когда задерживались лица, действующие от имени уже не работающих в Латвии банков - как, например, Latvijas Attistibas un rekonstrukcijas banka (REKObanka). Осенью 1999 года много шуму в прессе было из-за задержания сотрудниц московского банка Моспром, якобы связанного с Trasta Komercbanka и работавших в посольской гостинице. Как правило, такие задержания или аресты заканчивались решениями прокуратуры об отсутствии состава преступления и окончанием таких дел. По словам члена правления Общества налогоплательщиков РФ Сергея Пархоменко (встречались с ним в 1999 году на форуме в Киеве), за первое десятилетие в России насчитывалось менее 10 случаев взятия с поличными при незаконном обналичивании валюты.

 

По сведениям БК, в посольской гостинице в конце 90-х представитель банка Land «работал» уже после того, как Банк Латвии отозвал его лицензию. Мало того, президент Ассоциации латвийских коммерческих банков Теодорс Тверийонс подтвердил БК, что в посольской гостинице года два арендовала несколько помещений структура с похожим названием. Странно, что само 

Латвийское посольство закрывало глаза на все эти штучки. А скандальные истории обычно завершались тихо-мирно. Можно только предположить, что такая ситуация было удобной и для латвийской, и для российской стороны.

 

На наш взгляд, одно из возможных тому объяснений: в самом посольстве Латвии в России (а также в Украине, Беларуси, Казахстане и Литве) советник по экономическим вопросам и его служба содержались на средства Ассоциации латвийских коммерческих банков - то есть самих банков, входящих в эту организацию, о чем рассказал БК тогда Т. Тверийонс. Наряду с ассоциацией в «спонсорстве» участвовало Агентство развития Латвии. Ничего противозаконного в этом нет. Такая практика, когда работу каких-то посольских служб, к примеру, атташе по экономике, оплачивают общественные организации или госструктуры, существует и в других странах. Как пояснил Т. Тверийонс, ассоциация участвовала в этом по предложению МИД Латвийской Республики. Согласно договору, экономический атташе работал и на посольство, и на «спонсирующие» организации, готовя для них всевозможные данные, справки и т. д. Что касается операций по обналичиванию, Т.  Тверийонс заверил нас тогда, в 2000 году, что ни один латвийский банк больше не занимается этим на территории посольств. Не исключив возможности, что кто-то делает это за его пределами, используя банковские имена и документы.


Реклама РКБ еще долго украшала брандмауэр Казарм Екаба в Риге. Фото БК.

На вопрос БК, почему Латвию включили в «черный» оффшорный список, Тверийонс ответил: «По глупости, просто по глупости. Для того, чтобы найти крайнего, а не искать причины у себя. Чтобы оправдать свою бездеятельность, свое неумение действовать. Российский капитал не вывозят - он бежит из России. Основная проблема в том, что одной ногой Россия вступила в рынок, но финансовых механизмов, соответствующих потребностям экономики - нет. Продолжают существовать пережитки старой системы. Рассол, который полностью не подходит к новым рыночным отношениям. Эта беспомощность и вызывает отчаянные попытки оправдать свою импотенцию. Мол, виноваты не мы, а другие».

 

«Откройте счет - не открывая лица»Понятно, однако, что столь наглое и безнаказанное поведение нескольких латвийских банков в Москве вызывало раздражение Банка России и других постсоветских стран. Другой вопрос, почему российские правоохранительные органы столько лет смотрят на все это сквозь пальцы? И кто пользуется в России такими услугами?

 

Ответ достаточно прост. Чрезмерное налогообложение, косвенная привязка российской экономики к доллару («условные единицы») всевозможные ограничения на снятие денег и на валютные операции заставляли и заставляют россиян искать другие каналы обналичивания рублей. Активно такие схемы с привлечением балтийских банков использовались при приватизации предприятий, а также при подписании фиктивных контрактов российских предприятий с оффшорными компаниями, принадлежащими российским организациям или гражданам. В конце 90-х получили распространение так называемые фальшивые импортные контракты: прежде чем завозить в Россию товар по импорту, деньги переводились за границу, товар оттуда в Россию не приходит, фирма, которая перевела товар, исчезает.

 

Но самое страшное в таких схемах для российского общества то, что таким образом из России уходят бюджетные деньги в виде взяток чиновникам среднего и высшего звена, политической элите, лоббирующей принятие тех или иных законодательных и нормативных актов, да и самим правоохранительным органам. Используются такие пути и для «помощи» творческой интеллигенции, споспешествующей «промоушену» всяческих культурных кампаний и фестивалей. Гораздо менее неприятно, когда этим занимаются коммерсанты: их деньги уходят в экономику, хоть и серую.

                                                                                    

День на востоке - неделя на местном рынкеНо подпольная и легальная обналичка через латвийские и другие балтийские банки - это лишь один фактор, указывающий на утечку денег из России. Другая причина, по которой на наш взгляд, Латвию причисляли к оффшорной зоне, связана с обслуживанием счетов компаний, зарегистрированных в зонах с льготным налогообложением и открывавших счета, в том числе, и в наших банках.

 

Действительно, практически все собеседники БК подтвердили, что значительная часть операций со счетами нерезидентов связана с обеспечением переводов в оффшоры. А нерезиденты размещали на счетах латвийских банков около половины всех депозитов отрасли и давали ей значительную часть доходов.

 

Жильвинас Чепонис, директор Центральной службы Bankas Snoras (Литва) в 2000 году, пояснил тогда БК: «Значительная, а может быть и большая часть начинающих оффшорных компаний российского происхождения работала в Балтии. «Джентельменский набор» - оффшор в Америке и счет в латвийском или литовском банке. Некоторые из таких клиентов потом стали открывать счета и компании на Западе, оставаясь и балтийскими клиентами. Поначалу и у нас подавляющая часть прибыли шла от этих клиентов. Балтийские банки используются не для хранения крупных денег, а для транзитных операций».

 

Цифры по работе с нерезидентами банки по понятным причинам давали неохотно. А ведь еще в середине 90-х, банки то и дело рапортовали об успехах на «восточном фронте». С десяток латвийских и несколько эстонских и литовских банков открыто говорили о своей тесной связи с российским рынком. Кто-то, как например, Aizkraukles banka, зарабатывал деньги на дилинге, а 90% его клиентуры составляли нерезиденты. Кто-то, как Saules banka и Rietumu banka, был крупнейшим операторами по конвертации мягких валют. Все банки в большей или меньшей степени зарабатывали на обслуживании торговых поставок. По словам председателя правления Banka Paritate Виктора Сиперковского, доходы от валютных операций составляли в 1995 году 90% всех доходов банка.


Рекламный календарик на 1996 год.

Не могла не раздражать Банк России, равно как и его коллег из Беларуси или Украины, такая реклама латвийских банков, как «Мы ближе, чем Швейцария»,  «Откройте счет - не открывая лица» или «Заработал – отложи и спрячь!».

                        

Единственное, что не должно было вызывать раздражение у россиян, так это вложение в российские ценные бумаги. На этом поприще активнее других работали Parex Bank, Rietumu bankaKapital banka, MultibankaSaules banka, ViktorijaLand и Rigas Komercbanka. Доля инвестиций в зарубежные ценные бумаги занимала от 5% до 30% активов банков первой десятки, то есть десятки миллионов латов. В 1996-1997 годах на Восток вывозилось 10-15 млрд. долларов. Правда, именно на этом направлении наши банки понесли и самые большие потери после августа 98-го. Из названных выше сегодня работает только банк Rietumu.

 

Устоять помог финансовый транзит. После российского кризиса 1998 года с лица балтийской отрасли исчезло несколько наиболее активно работавших на Востоке банков. Три банка - Rigas komercbanka в Латвии, Forex Pank в Эстонии и Snoras bankas в Литве - выкарабкались из сложной ситуации и продолжили работать. Первые два получили помощь от своих центробанков и сменили хозяев и имена - на Latvijas Pirma komercbanka и Optiva Pank. Увеличить капитал Snoras bankas помогли его новые западные владельцы.


Рекламу РКБ на брандмауэре Казарм Екаба сменил Latvijas Krājbanka, лишившийся лицензии в 2011 году.

В целом же отрасль устояла и достаточно быстро пришла в себя. Пострадавшим больше своих соседей и оставшимся в живых 20 латвийским банкам в 1999 году удалось почти полностью восстановить собственный капитал и покрыть около 13% убытков 1998 года. В 2000 году  поступательное развитие отрасли продолжилось. Во многом благодаря все тому же полю деятельности - финансовому транзиту.

 

Число нерезидентов не сократилось, а даже выросло. К примеру, в Aizkraukles banka, по словам менеджера по маркетингу Ирины Ландо - более, чем вдвое. Вообще банки тогда неохотно делились информацией о числе нерезидентов. И лишь Baltic International Bank открыто (через интернет) говорил, что среди его 500 клиентов 95% составляют нерезиденты.

 

Мало того, был банк, правда в Литве, который сделал восточное направление полем своей деятельности уже после российского кризиса. Председатель правления Ukio bankas Литаурас Варанавичус рассказал БК, что в прошлом провинциальный каунасский банк 30-40% всех доходов получал от обслуживания торговых операций типа: покупка товаров в России и СНГ и продажа их на Запад. Причем ставку банк делал на литовцев, работающих на востоке. «Сегодня существует большая конкуренция за литовского клиента, работающего через Латвию», - пояснил Л. Варанавичус.

 

Виртуальный банкингИ все же если в первые после независимости годы иностранцы вкладывали свои средства в латвийские банки благодаря либеральному финансовому законодательству, то через десять лет уровень банковского обслуживания в Латвии, Литве и Эстонии не только уже соперничал с западным, а по некоторым позициям и превосходил его.

 

Одно из направлений, где балтийские банки давали фору западным - использование разных систем удаленного доступа к счету клиента, в том числе - «Интернет-банкинг». С одной стороны, быстрому внедрению новых банковских технологий способствовала молодость самой отрасли. Так, шведские банки, вошедшие в состав главных балтийских банков, считали Балтию полигоном для отработки ноу-хау. Вообще на новых финансовых рынках введение интернет-технологий обычно идет более интенсивно. С другой стороны, стремительному продвижению программных продуктов на банковский рынок помогало наличие среди клиентов большого количества нерезидентов, в том числе оффшорных компаний, хозяева которых ведут весьма подвижную деловую жизнь.


Самые богатые люди Латвии – совладельцы ABLV Эрнст Бернис и Олег Филь. 2009. Фото LETA.

Практически все собеседники БК подтвердили, что программы «Банк-клиент» и «Интернет-Банкинг» в большой степени использовались именно для проведения операций между оффшорными компаниями и банками. Л. Варанавичус откровенно заявил, что «вся мафия переходит на интернет-банкинг, а уровень банковского надзора не позволяет контролировать виртуальные операции».

 

Оговоримся, что требования для открытия счета оффшорной компании и кодированных счетов в банках разнились. В одних, как в Aizkraukles banka, нерезидент получал полный пакет счета в течение двух рабочих дней. Число клиентов, пользующихся интернет-банкингом, росло, по словам И. Ландо, на 5% ежемесячно. В других, как в Banka ParitateRietumu banka, - требования к открытию счетов были построже.

 

Но везде новые клиенты - и с Востока, и с Запада – были желанны и любимы. Здесь с ними пообщаются на понятном большинству русском языке, помогут решить вопрос с конвертацией любой экзотической для Запада валюты. И максимально быстро - «день в день» - обеспечат прохождение платежа.

 

Новинка - оффшорный дилерМало того, тогда, в конце 90-х, в Латвии БК обнаружил и такое новое явление, как обслуживание оффшорных счетов с помощью небанковских посредников. Сидит такой дилер у себя дома у компьютера и переводит ваши деньги с одного оффшорного счета на другой. Таким образом латвийские фирмы, среди которых мы обнаружили известных экспортеров леса, мебели, продуктов питания, обходили налоговое законодательство. Заметим: не нарушали, а обходили. Клиентом такого дилера можно стать только по рекомендации. Что касается легитимности подобных действий, то в латвийском законодательстве такая деятельность, в отличие от других западных стран, не была оговорена. А значит - не запрещена.

 

Еще одну новинку БК нашел тогда на сайте латвийского VEF banka, также активно работавшего на рынках СНГ. Кликнув на баннер с интересным предложением «Заказ наличной валюты через Интернет», в режиме реального времени предлагалось делать заказы на покупку-продажу валюты через интернет «конфиденциально, постоянно или разово, по самому выгодному курсу в удобном для Вас месте».


Теодорс Тверийонс (первый справа), за ним президенты банков: LHZB - Роландс Панко, Latvijas Krajbanka - Иварс Приедитис, Trasta banka - Гундарс Гриезе, на встрече с премьером Валдисом Домбровским. Октябрь. 2009. Фото А. Фрейденфелдс, Госканцелярия.






Поиск