Латвия, Недвижимость, Туризм, Финансы, Экономическая история, Юрмала

Балтийский курс. Новости и аналитика Пятница, 23.04.2021, 10:15

Как банкиры 90-х делили «золотую милю» в Юрмале

Ольга Павук, Dr. Oec, Рига, 25.01.2021.версия для печати
Проспект Булдуру/Дзинтару и улица Юрас – первая линия от моря, прозванная в народе «золотая миля» - самая привлекательная часть Юрмалы для людей с неограниченными финансовыми возможностями еще с начала 90-х. Уже тогда свои взоры на лакомые земельные участки обратили молодые местные банкиры и конкуренты – владельцы банков Baltija и Parex. Поселившись в Дзинтари и гуляя по престижному проспекту, я стала обращать внимание на большие участки, чаще ухоженные, но местами портящие городской пейзаж своими руинами и заколоченными окнами. Захотелось узнать побольше об истории зданий, возведенных в 19-20 веках.

Дзинтари. Купальня Максимовича. 2021 год. Фото автора.

Статья является фрагментом заметок автора «Очерки по новейшей истории. Моей и Латвии».


Когда-то территории нынешних Дзинтари -Булдури четко делились по национальному признаку владельцев недвижимости и отдыхающих там дачников. В Булдури (Билдерлингсгофе) селились преимущественно зажиточные немцы, это тихое место называли «немецкой крепостью». Дзинтари (Эдинбург) облюбовала русская аристократия. И там, и там строились курзалы с морскими павильонами, водолечебницы, казино и прочие оздоровительно-увеселительные заведения. Но это все имело место до советской оккупации.


По окончании Второй мировой войны недвижимость и земля была переданы органам государственной власти и самоуправлениям, в старинных особняках открывались профсоюзные и ведомственные санатории и дома отдыха. А в самом начале 90-х, в годы первоначального накопления капиталов, многие здания, а затем и земля, были приватизированы или в процессе денационализации возвращены владельцам и их потомкам, а те в свою очередь, продавали их тем, кто мог себе позволить делать такие покупки. Цены на недвижимость тогда, по сегодняшним меркам, были смешными. Первыми в этой очереди были приближенные к властям люди. Политики, творческая интеллигенция и конечно молодая буржуазия, преимущественно, банкиры и «нефтяники».


О банкирах, первыми «оккупировавших» самые лакомые участки и здания в центре Юрмалы и пойдет речь ниже.


Лавенты и Банк Балтия

Первым крупным инвестором в Юрмале, или если хотите говорить, покупателем больших участков с находящимися на них зданиями стала семья Лавентов. Практически все, что находилось в обе стороны от концертного зала Дзинтари – по улице Юрас и по проспекту Дзинтару, примерно на протяжении километра, было разными способами приватизировано, скуплено или занято на правах аренды Александром и Эмилем Лавентами через своих доверенных лиц для последующей перепродажи. Вспомним лишь некоторые наиболее заметные объекты.


Известное с советских времен строение – знаменитые «Восемь люксов».


История этого здания на улице Юрас 41/45 чрезвычайно увлекательна и уходит в советское прошлое. Там располагалась дача для членов Политбюро ЦК КПСС, а … барабанная дробь… управляющим зданием уже тогда был папа Лавента – Эмиль.


В декабре 1989 года в Варшаве было создано СП Atpūta с прямым намеком на участие латвийцев (atpūta в переводе с латышского отдых). Основным акционером совместного предприятия стал юрмальский пансионат «Янтарь» Управления ЦК КПСС. Здание и инвентарь «Восьми люксов» были оценены в 3 млн. рублей, что составляло 75% уставного капитала СП Atpūta. Два других партнера – зарегистрированная в Швеции фирма Batax Ltd. (президент В. Кубяк) и американская компания Standard Republic International Ltd. (президент Ф. Колбовский). Оба они вложили в СП по 500 тыс. рублей, получив на двоих долю в 25%. Тогда-то в 1989 году отец и сын Лавенты вселились в «Восемь люксов», и как писала газета «Diena», с 27 февраля 1991 года Лавенты получили в свое распоряжение еще пять номеров, а также помещение общего пользования – сауну, плавательный бассейн, реабилитационный комплекс и др. Это стало возможно в результате договора об аренде между СП Atpūta и советско-венесуэльском предприятием Sadraudzība, одном из подразделений кооператива Пардаугава, контрольным пакетом которого владели отец и сын Лавенты, президентом компании был давний товарищ Александра Лавента Владимир Лесков, имя известное в криминальных кругах, его считали одним из лидеров преступной группировки, контролирующей коммерческие структуры в Юрмале.


Тот самый Лесков, о котором в 1990 году Центральное ТВ снимало фильм о первом в СССР кооперативе-миллионере Пардаугава. И который финансировал в начале 90-х издание «Независимой Балтийской газеты», главредом которой стала Татьяна Фаст, издатели вскоре закрыли газету из-за разногласий с редактором, об этом много писала позднее Татьяна, неоднократно встречавшаяся и с Лавентом, и с Лесковым.


Следует упомянуть и о создании в конце 80-х первого коммерческого банка в Латвии, называвшегося тогда К.А.С.И.О. Среди учредителей Эмиль Лавент и Георгий Деканидзе – отец Вильнюсской мафии. В 1991 году банк получил новое имя – Банк Балтия, одним из самых крупных акционеров которого стал концерн Pardaugava.


Сами Лавенты тогда в фильм не попали, еще несколько лет избегали телекамер и не давали интервью, вплоть до банковского кризиса 1995 года. Тогда-то в июне мне, как журналисту «Бизнес &Балтии», довелось побывать в «Восьми люксах», где под жестким присмотром московских партнеров из банка Интертэк, получившем перед крахом латвийского банка по договору цессии (вероятно, фиктивному) 80 миллионов латов, Александр Лавент отвечал на вопросы газеты. Он вышел из тени только тогда, когда проблемы Банка Балтия стали достоянием общественности.


Дзинтари. Улица Юрас. «Восемь люксов». 2021 год. Фото автора

Это была моя третья встреча с Лавентом, первая в мае 1995 года – в санатории «Балтия», вторая – 16 июня на пресс-конференции в гостинице «Рига». И еще одна, четвертая – 28 июня - в больнице «Гайльэзерс», в день его ареста. Единственный представитель СМИ, узнавший по своим каналам о скором аресте, я сидела в палате Александра, наблюдая как он отдает последние перед арестом распоряжения своим партнерам в разных точках земного шара. Телефоны и факсы буквально плавились от напряжения. Еще через несколько минут приехавший в больницу прокурор республики Янис Скрастыньш арестовал Лавента, сменив его личную охрану у палаты на вооруженных автоматами полицейских. Каюсь, мобильный Александра по его просьбе я тогда передала его лечащему врачу Айвару Лейниексу (впоследствии главврач той самой больницы «Linezers»). После приговора суда все семь лет и семь месяцев Лавент с комфортом провел в той самой спецбольнице, которая в советское время обслуживала партийный, советский аппарат и службы безопасности.


После ареста Лавента, в одном из комфортабельных по тем временам особняков на территории «Восьми люксов» некоторое время отдыхал экс-премьер Валдис Биркавс, как-то даже побывала среди его гостей, отмечавших день рождения политика. Дом этот и сейчас находится в собственности Дипломатического сервиса, что видно из таблички на ограде. Но сегодня обдуваемые морскими ветрами, это и другие здания на большом участке, медленно разрушаются.


Стоит вспомнить еще одну авантюрную историю, описанную коллегами из lsm.lv. Симптоматично, что на территории «Восьми люксов» находилась резидентура ЦРУ, особняк американской разведке сдавал сам Лавент, а официальный представитель ЦРУ в странах Балтии Ричард Палмер, после окончания службы в разведке устроился на работу к банкиру. Незадолго до краха банка Палмер неожиданно исчезает, а после его закрытия сюда приезжает ФБР. Имя Ричарда Палмера вновь всплывет в 1999 году, после его выступления в Конгрессе США с докладом о проникновении российской организованной преступности в финансовую систему Запада и Латвия в этом докладе упоминается не раз.


Гораздо менее известна другая история, связанная с юрмальской недвижимостью окружения Лавента. Гуляя по пляжу в Дзинтари, можно увидеть на вершине дюны одно из самых интересных в архитектурном плане зданий, сохранившее к тому же свой первоначальный облик. это одно из самых больших деревянных строений на Рижском взморье начала 20 века. Монументальное сооружение, морской фасад которого сохранил элементы неорусского стиля, а фасады, обращенные к проспекту Дзинтару украшены деталями, характерными для модерна.




Дзинтари. Купальня Максимовича. Фото из интернета.

Здание на Смилтенас 3/5 было построено в 1906 году и с самого начала предназначалось для лечения и отдыха. Место было выбрано не случайно, рядом был обнаружен один из источников с минеральной водой. Хозяйка недвижимости и земли, сама практикующий врач, пригласила на работу известного уже тогда курортолога доктора Михаила Максимовича, ученика французского врача Шарко (кто помнит душ его имени). По отзывам компетентных лиц, лечебница Максимова была оборудована по последнему слову науки и техники. Ванное отделение (мужское и женское), гидротерапевтический зал с римской баней и кабинетом для врачебной гимнастики и массажа. Ванны отпускаются самые разнообразные: морской воды, серные, грязевые, с прибавление щелочей, солей, железа, экстрактов.


Вслед за водолечебницей доктор Максимович возглавил открытый в 1908 году неподалеку от водолечебницы первый на Рижском взморье круглогодичный санаторий - одно из первых учреждений с центральным отоплением и электричеством. Позднее именно там обосновался санаторий имени Яна Фабрициуса. Доктор Максимович лечил не только морскими купаниями и солнечными ваннами, но и трудотерапией: небедные пациенты пилили дрова и работали в саду.


Оба курортных заведения отличались высоким уровнем обслуживания, а их слава гремела как среди местного населения, так и среди заезжих курортников средних лет, которых издавна притягивала умиротворяющая атмосфера Рижского залива. Проходивший там курс лечения в декабре 1913 года поэт Валерий Брюсов посвятил Рижскому взморью такие строки с указанием места написания: «Санаторий доктора Максимовича»:


Успокой, как летом, и обрадуй

Бесконечным рокотом валов,

Беспредельной сумрачной усладой

Волн идущих от века веков…


Во время Первой мировой войны доктор Максимович устраивал в санатории лазареты для раненых, курсы сестер милосердия, собирал пожертвования для населения, пострадавшего во время военных действий.


А водолечебница в Дзинтари возобновила работу в начале 20-х годов. Максимович, с 1904 года проживавший в Латвии, продолжил свою деятельность профессионального курортолога и в свободной Латвии, вплоть до своей кончины в 1923 году. В советское время лечебница Максимовича функционировала как одно из подразделений санатория «Балтия».


Печально другое. В 2008 году со здания купальни Максимовича, открытой в 1906 году, был снят статус памятника культуры, охраняемого государством. Ранее потомки получили компенсацию за землю по кадастровой стоимости. В 1999 году новыми владельцами из окружения г-на Лавента проводилась реконструкция, уникальное здание на улице Смилтенес 3/5 даже выставлялось на продажу, но увы… Воз и ныне там…



Останки санатория «Балтия». Фото Н. Иволги.

Рядом с купальней Максимовича на пр. Дзинтару 11 стоит еще одно грандиозное приобретение нашего банкира – построенная в начале 60-х годов девятиэтажная высотка – главное здание санатория «Балтия». В начале 90-х там еще поправляли здоровье пациенты, останавливался и сам Лавент. Ходили разговоры, что он хочет перестроить это здание под жилые апартаменты. Увы, полуразрушенная высотка, практически развалины, обнесенная сетчатым забором, так и стоит как еще один памятник неудавшимся проектам времен перестройки. Покупателей на нее тоже нет.


Прямо напротив санатория «Балтия» на проспекте Дзинтару, 18 хорошо виден роскошный особняк, многие годы тоже пустовавший. В советское время там находился родильный дом, для нескольких поколений юрмалчан это заведение до сих пор вызывает приятные ностальгические воспоминания. Миниатюрный дворец был построен в 1930 году, как пишут историки, по заказу торговца квашеной капустой Георгса Рудзитиса, его еще называли капустный Рудзитис, сам он там жить не стал, а подарил дом оперной певице Милде Лангелфелде (а не балерине Эдите, как пишут многие). После смерти Рудзитиса в декабре 1934 года уже в январе 1935 года здание в Земельной книге было переписано именно на Милду. Факт её проживания в этом здании также подтверждается данными переписи в августе 1941 года.В 1993 году земельный участок под домом приобрел у Юрмальской думы господин из Германии за смешные деньги – около 13 тыс. латов, перепродав через год человеку Лавента, одному из вице-президентов Банка Балтия Александру Шенкману уже за 81 тыс. латов. А еще через два года и далее проведена череда дарений лицам из окружения банкиров. И только сегодня, через двадцать лет, завершается реставрация мини-дворца – одного из самых впечатляющих в архитектурном плане зданий в Юрмале.


Мини-дворец на пр. Дзинтару. Построен в 1930 году. На снимке дом после реставрации. 2020. Фото автора.

Самого Александра Лавента после освобождения можно встретить в принадлежавшем отцу ресторане в Риге или в юрмальском возле моста Лиелупе. На концертах «Новой волны» он всегда сидел в первых рядах, среди почетных гостей фестиваля. Что не удивительно. Миллионер Александр Шенкман, перебравшись после краха банка в Россию, был многолетним спонсором и организатором «Новой волны», а после ухода музыкального конкурса из Юрмалы – председателем оргкомитета фестиваля «Laima Rendezvous Jūrmala».


Чем сегодня занимается Александр Лавент, для большинства покрыто тайной, он по-прежнему остается не медийной персоной. В прессе фигурировала сумма в 200 млн. латов, которые, якобы, Лавент увел из своего банка, были намеки на помощь в этом его российских кредитополучателей. Круг общения с российскими и латвийскими миллионерами в Юрмале говорит о том, что он явно человек не бедный. Да и километровые земельные участки в центре города-курорта, принадлежащие его доверенному окружению в ожидании покупателей, говорят сами за себя.


Вслед за крахом Banka Baltija в 1996 году банкротировал концерн Пардаугава. В 1997 году Владимира Лескова дважды задерживали. Вначале сотрудники Интерпола в Москве, а затем в Беларуси. Однако в обоих случаях его отпускали, а впоследствии российские власти официально отказали в его экстрадиции Латвии. Причина: Россия, чьим гражданином является экс-банкир, не усматривала оснований для его выдачи. Лесков скончался в 2015 году. Banka Baltija ликвидирован в 2018 году.


Парекс и его юрмальские пенаты

В то время, как Лавент со своими людьми простирали свои интересы в сторону Дзинтари-Майори, владельцы другого большого банка с местным капиталом –Parex banka – обживали проспект Булдуру и прилегающие к нему кварталы. Схема похожая – приватизация зданий, а затем покупка земли под ними.


Климатопавильон в Булдури. Фото из интернета.

Но в отличие о Лавента, Валерий Каргин и Виктор Красовицкий, возглавлявшие в середине 90-х списки латвийских миллионеров, приобретали участки не для перепродажи, а для реконструкции и строительства вилл для себя и своих близких.


Первым внушительным объектом в 90-х стала «Вилла Марта», старинное здание, дважды обновленное для супруги и партнера Красовицкого Нины Кондратьевой. Символично, но и оно в советское время имело отношение к медицине, там располагалась санэпидемстанция. Шикарный дом был построен в 1928 году, последняя реконструкция проведена в 2007 году. Этим белоснежным особняком с колоннами и фонтаном перед ним было положено начало строительства семейной резиденции Красовицких.


Рядом с «Виллой Марта» был возведен современный гостевой дом, в котором устраивались приемы для ВИП-гостей и где выступали самые известные мировые звезды. В этом же квартале расположился СПА-комплекс и теннисный корт. Еще один жилой дом был построен для родителей Кондратьевой и еще один – для семейства дочери Виктора и Нины. Сам Виктор с новой семьей живет в одном из элитных жилых комплексов неподалеку от своих владений. Вилла «Марта» несколько лет назад была выставлена на продажу, предлагаемая цена 15 млн. евро. Но покупатель пока так и нашелся.


В тех же кварталах, только у самого моря в дюнах, другой совладелец Parex banka Валерий Каргин возвел на месте климатолечебного павильона, в народе его называли проще – солярий, виллу «Адлер» с видом на Рижский залив. Ранее это была еще одна водолечебница с аэрарием, душевыми, массажными кабинетами наподобие той, что была в Дзинтари, но в отличие от Эдинбурга и других оживленных курортных мест, Булдури славилась атмосферой тишины и покоя. «Местность отличается обилием соснового леса», - писали в газетах начала прошлого века. Однажды тогдашние шоумены попытались устроить многошумный праздник – дачникам это не понравилось, пошли жалобы, и Билдерлингсгофе оставили в покое.


Осень в приморском парке возле виллы «Адлер». Фото автора.

При реконструкции здания водолечебницы были сохранены его архитектурные очертания. Официальный владелец виллы «Адлер» сын экс-банкира. Каргин благоустроил парк (когда-то его называли Мариинским) вдоль своего участка, и сегодня это самая ухоженная часть приморского лесопарка, закрывающаяся на ночь, как и парк аттракционов в Дзинтари. В СМИ проходила информация о желании банкира продать эту виллу, по оценкам ее стоимость составляет 20 млн. евро. Однако найти покупателей по таким астрономическим для Юрмалы ценам непросто.


Еще одна вилла, менее известная, но на неё обращают внимание прохожие и туристы, находится на проспекте Булдуру напротив виллы «Марта». Участок, плотно огороженный высокими туями, с громадным домом и выходом в дюны, тоже занимает целый квартал. Это масштабные владения партнера экс-владельцев Парекса Игоря Рапопорта, курировавшего швейцарскую линию банка. Впоследствии, после закрытия Парекса – он был членом совета банка ABLV, а сегодня вместе с Татьяной Рапопорт является совладельцем банка Signet c 19,5% акционерного капитала.


Будни обитателей «золотой мили»

Конечно, латвийские банкиры селились не только на «золотой миле». Но всегда близко к пляжу. Многие владельцы и топ-менеджеры банков обустроились в 90-е годы в Лиелупе, в самом конце проспекта, неподалеку от резиденции российского посла, и чуть позднее – тоже в Лиелупе – на улице Бирзниека-Упиша. А также в другой стороне Юрмалы – на улице Капу, простирающейся вдоль залива от Меллужи до Вайвари. Но это уже другая история.


А на «золотой миле» в Булдури/Дзинтари в 2000-х стали возводить элитные трех- и четырехэтажные здания с подземными стоянками, квартиры в которых покупали в основном состоятельные люди из России и других постсоветских стран.


Побудительным мотивом для приобретения дорогих квартир стала начатая в 2010 году программа ВНЖ в обмен на жилье. С другой стороны, строительство дорогой элитной недвижимости в Юрмале было удобным способом выведения активов в Европу для российских миллиардеров и миллионеров. Именно поэтому, даже после сворачивания программы ВНЖ, стройка многоэтажек в приморском городе продолжается. Мало того, этим ковидным летом россияне активно строились и покупали квартиры в элитных кварталах «золотой мили» по цене до 10 тыс. евро за квадратный метр, для многих из них такие инвестиции в покупку и обустройство жилья - тоже вывод активов. Есть и такие, кто, заключив супер-сделку в несколько миллионов, тут же выставляют купленную недвижимость на продажу. Но спросом пользуются обычно дорогие апартаменты, а не менее ликвидные виллы.


Дзинтари. Статуя Петра Первого во дворе виллы Гомберга. Фото автора.

Рядом с банковскими кварталами на «золотой миле» можно увидеть и роскошные особняки других местных миллионеров, к примеру, продавшего свой бизнес – компанию Baltkom Петериса Шмидре. Или известного предпринимателя Евгения Гомберга, во дворе его дома в стиле Art Nouveau недавно установили, перевезенную из Риги конную статую Петра Первого, когда-то отреставрированную на деньги мецената. Рядом с миллионером за дорогой кованной оградой разместились владения Ивана Харитонова – «короля рэкета» 90-х, отсидевшего срок за криминальные разборки», находящегося и сегодня под пристальным взором служб госбезопасности. Совсем недавно Pietiek.com сообщал о его задержании в связи с делом о «крышевании» бывшего работника Бюро по защите Сатверсме Айгарса Спаранса.


На берегу залива, параллельно «золотой миле», в ресторане «Лайт хаус» рядом с миллионерами можно встретить много знакомых лиц, в том числе российских артистов, политиков, адвокатов, журналистов и писателей, облюбовавших «золотую милю» для отдыха и жития. Место встречи изменить нельзя…


В статье использованы статьи и воспоминания автора и других источников прошлых лет, а также беседы с участниками событий.








Поиск