История, Латвия, Прямая речь, Экономическая история

Балтийский курс. Новости и аналитика Понедельник, 16.07.2018, 11:42

С юбилеем, госпожа президент!

Ольга Павук, главный редактор Baltic-Course.com, Рига, 01.12.2017.версия для печати
Сегодня экс-президенту Латвии Вайре Вике-Фрейберге исполняется 80 лет. Это интервью с президентом Латвии для БК было сделано в 2003 году. Публикуем без купюр.

Вайра Вике-Фрейберга. Фото A.F.I.

7 июля заканчивался четырехлетний срок правления Президента Латвийской Республики Вайры Вике-Фрейберги. Это и послужило поводом для разговора с первой дамой Латвии, сделавшей все, чтобы вступление Латвии в ЕС и НАТО стало реальностью.


Политика

Госпожа Вике-Фрейберга в Белом доме.

Г-жа президент, не станет ли политика проамериканизма в Латвии препоной в отношениях как с Европой, так и с Россией?


Вайра Вике-Фрейберга: До сих пор я ничего подобного не наблюдала. Как раз наоборот, в тот момент, когда начались военные действия в Ираке, я находилась с официальным визитом в Германии, встречалась со всеми высшими должностными лицами, удостоверилась, что различия во мнениях на официальном уровне в вопросе Ирака абсолютно не являются препятствием для хороших отношений, не являются препятствием в поддержке Германией процесса расширения Европейского союза. Латвия интересна как страна, и, как-никак, Германия наш торговый партнер номер один. Это было очень важно. До нашего визита здесь побывал депутат из Франции, который сделал сообщение для парламента Франции о Латвии как о стране-кандидате, он же привез известие от президента Ширака. У президента Ширака такое же доброжелательное отношение к расширению Европейского союза и к Латвии, как к стране-кандидату.


В начале марта я была во Франции, встречалась с президентом Шираком, он особенно подчеркивал, что ничего не изменилось. У Франции доброжелательное отношение к Латвии. Как раз наоборот, все то, о чем президент Ширак говорил мне ранее, остается в силе. Франция надеется укреплять отношения с Латвией. У нас очень хороший посол Франции в Латвии, который активно работает над тем, чтобы отношения во всех сферах -- и в культуре, и в экономике -- становились крепче. Президент Ширак еще раз публично подчеркнул свое дружеское отношение к Латвии.


Что касается России, ничего не изменилось, напротив, как позитивный шаг мы ожидаем встречи, которая состоится в связи с юбилеем Петербурга, где за одним столом переговоров будут сидеть нынешние члены Европейского союза, 10 принимаемых членов и Россия. Очень интересный и перспективный формат, который, очевидно, является шагом вперед в наших отношениях, а не назад.


Экономика

Госпожа президент в Москве.

Как вы оцениваете процесс приватизации в Латвии? Каковы, по-вашему, его позитивные и негативные моменты?


В.В.Ф.: Многие об этом высказывались. Те, кто принимал участие в этом процессе, кто присутствовал при этом. Конечно, ошибки были допущены. Но в тот момент, когда мы что-то делаем, мы не такие умные, как после. Ведь так? Задним числом  все умные, и легко увидеть, где были допущены ошибки. В тот момент не было прецедента, не было справочника или предписания, как это сделать лучше всего.


Наверное, многое можно было сделать по-другому. Например, я часто думаю о ликвидации колхозов, о раздаче и разделе техники и т. д. Во многих районах перед тем, как мелкие собственники начали заниматься делом, надо было позволить колхозам продолжать работать, постепенно каждому крестьянину начинать обрабатывать свою землю, а не перенимать всю деятельность колхоза в один момент. Конечно, это надо было сделать рано или поздно, вопрос в том, насколько быстро. Абсолютно ясно, что это должно было произойти. Надо было вернуть частную собственность тем, кому она принадлежала по наследству. Это более чем ясно.


Очень многие государственные предприятия, которые на протяжении многих лет накапливали громадные долги, не платили налоги, были неконкурентоспособными. Им надо было просто позволить стать банкротами и искать инвесторов, начинать заново. И это тоже ясно. В некотором отношении во многих случаях можно аргументировать, что приватизации надо было происходить медленнее, но это очень спорный вопрос. Я могу сказать, что были и такие ошибки, когда приватизация должна была проходить быстрее. Те большие фирмы, которые несли огромные многомиллионные убытки и которые, в конце концов, не были перспективными, не платили своим работникам зарплату, не платили налоги, в том числе социальные -- лучше было бы их закрыть пораньше и предложить для приватизации. Ясно, что ошибки были допущены, но это ясно, когда мы смотрим назад. Ведь так? Все это надо было делать.


А в вопросе денационализации жилья?


В.В.Ф.: Это вопрос о приватизационных сертификатах, их использовании. Часть сертификатов  осталась неиспользованной. Этот вопрос должно решать правительство. О жилье: думаю, это не было достаточно спланировано. 


Самоуправление должно было планировать то, что произойдет через семь лет, когда квартиры будут пущены в свободный рынок, что будет с теми, у кого нет достаточно средств для покупки квартиры, как они смогут арендовать квартиры за приемлемые деньги и т. д., подумать о малообеспеченных людях. Самоуправления же, напротив, очень много думали о том, как избавиться от всего принадлежащего им жилья. И это ошибка, т. к. самоуправление по закону должно обеспечивать жильем малообеспеченных, семьи с маленькими детьми, заключенных, вышедших из тюрьмы и т. д.


Сегодня одно из самых повторяющихся слов в латвийских СМИ -- коррупция. Может ли быть эффективной борьба с коррупцией руками самих коррупционеров? Насколько это этично?


В.В.Ф.: Смотря что называть руками коррупционеров, и как определить, кто коррумпирован, а кто нет. Необходимо искать механизмы, позволяющие проверить, находится ли каждый человек на своем посту и на своем месте, работает ли он так, как этого требует закон и нормы этики, не злоупотребляет ли своим служебным положением. Например, как эти четыре дамы, задержанные за взятку, которую они требовали за подделку удостоверения о том, что молодые люди не могут служить по состоянию здоровья. По-моему, это очень большое преступление. Это нарушение норм этики, клятвы Гиппократа, которую они давали как врачи. Это преступление против государства, против его безопасности, т. к. речь идет о защите и т. д. И люди, которые это делают, находятся не на одном уровне, а на многих, многих уровнях одновременно. Как их поймать? Каждый человек, от которого зависит какое-либо решение, может стать коррумпированным, т. к. ему предлагаются деньги от заинтересованного лица. И смотрите, что получается. Тот, кто дает взятку, извлекает выгоду, преступает закон и тот, кто берет. Оба нарушают закон. Оба извлекают выгоду. Это неправильно. Кто-то должен наблюдать за этим. Надо найти механизм, как их поймать. Над этим надо работать.


Вхождение в ЕС неизбежно вызовет еще один всплеск коррупционной активности. Ведь предпринимателям придется очень быстро приспосабливаться к возросшим требованиям и стандартам Евросоюза, а средств на нововведения, как обычно, может не хватать? Что делать?


В.В.Ф.: Это две разные вещи. Требования – это одна вещь, стандарты – совсем другая. И их не следует путать. Говоря о стандартах, например, в Европе есть какое-либо продовольственное производство. ЕС накладывает очень строгие требования в отношении стандартов, которые должны отвечать всем требованиям гигиены и безопасности. Значение стандартов в том, что они обеспечивают продуктам доступ на весь рынок ЕС. Только потому, что они имеют этот знак качества. В тот момент, когда откроется, что одна фирма, например, завезла в Европу некачественный товар, этой фирме конец. Репутация и имя фирмы на рынке стоят больше, чем та взятка, которую она даст, чтобы достать сертификат.


Большую ответственность должны нести министерства. Например, министерство, отвечающее за внедрение стандартов здоровья. В нашем законодательстве надо предусмотреть максимально большой возможный штраф, если какой-либо инспектор не инспектирует, а выдает поддельные удостоверения. Это очень серьезное преступление, преступление против государственных интересов. Необходимо пересмотреть наше законодательство. Если инспектор получает взятку, это очень серьезное преступление. И, конечно, необходим механизм контроля.


Может быть, нужен более длительный переходный период для вхождения в ЕС?


В.В.Ф.: Что понимать под переходным периодом? Прошло уже 12-13 лет, как мы переходим. Сколько же нам еще надо? Я думаю, что это достаточно большой период. Надо думать, что в следующем году, если результаты референдума будут положительными, мы войдем в Европейский союз. Никакого перехода не будет. И надо начинать думать такими категориями, играть по тем правилам игры, которые правят в ЕС.


Интеграция

Вайра Вике-Фрейберга - желанный гость на всех значимых мероприятиях страны.

В Латвии есть вопросы, от решения которых зависит налаживание отношений между людьми разных национальностей. Один из них очень простой – сделать православные Рождество и Пасху выходными днями. Разве это не в вашей власти?

 

В.В.Ф.: Я уже неоднократно говорила об этом. Я не уверена в вопросе о Пасхе, но один или другой праздник... Я думаю, два праздника сделать выходными будет трудно. Что сами православные считают более важным праздником: Рождество или Пасху – один из них можно было бы сделать выходным, тем более, что потом этот день можно отработать. Я знаю, что есть государства с большим количеством религий. Почему бы и не решить эту проблему. Это вопрос, к которому надо вернуться. Надо найти аргументы, чтобы убедить депутатов, что это не нанесет серьезного вреда экономике, как  это было в советское время, когда говорили, что нельзя праздновать Янов день, т. к. это приведет к убыткам в экономике страны.

 

Другой вопрос – более сложный, но важный для вхождения в Европу – это гражданство. Понятно, что закон прописан некорректно в отношении тех, кто родился на латвийской земле и прожил здесь всю жизнь. Не честнее было бы изменить Закон о гражданстве?

 

В.В.Ф.: Это произойдет со временем. Все те, кто родился после независимости, имеют возможность получить гражданство. Во многих странах ситуация, подобная Латвии. Например, в Швеции. Я знаю латышей, чьи родители приехали в Швецию как беженцы в конце Второй мировой войны, они родились и выросли там, а гражданства не получили. Это нормальная вещь. Не всюду законодательство гарантирует получение гражданства.

 

И третья болевая точка – образование. Приходило ли в голову нашим чиновникам изучить опыт литовских соседей, вот уже десять лет обучающих поляков, русских, белорусов на их родных языках?  Свобода выбора привела к тому, что все они охотно говорят и на государственном языке. Что вы думаете по этому поводу?

 

В.В.Ф.: В Латвии восемь разных языковых школ. У нас есть польские, украинские, русские школы. 200 основных школ. Они никуда не пропадут. Они продолжат свою работу. В следующем году только в десятых классах начинается обучение на латышском языке: 60% на латышском, а не 100%. И только с десятого класса. В предыдущих девяти классах можно продолжать обучение на всех восьми языках, которые представлены в Латвии. В основной школе ничего не изменится. Речь идет о средней школе.

 

Это сюрприз -- о школах в Литве. Но в Литве другая ситуация. У них на нелитовском языке говорят только 9%. Если у нас была бы такая ситуация, мы тоже могли бы принять такой закон. Замечу, министр по делам Европы из Франции, посетившая Латвию, была удивлена тому, что у нас действует восемь языковых школ. Во Франции все школы только с французским языком, несмотря на то, что у них 6 миллионов жителей говорят на других языках.


Средняя школа – это другое дело. Мы констатировали, что у молодежи, которая заканчивает школу с другим языком обучения, нет адекватного знания латышского языка. В латвийскую армию приходят молодые люди, им по 18 лет, они не могут адекватно понять, что от них требуется. Это опасно. Если в полицию придет человек, который не может говорить по-латышски, ему кто-нибудь позвонит и скажет, что на меня напали в таком-то и таком-то месте, а он не сможет его понять. Он опасен для общества.

 

Надо улучшать знание латышского языка. Реформа образования задумана для того, чтобы можно было гарантировать, что, окончив среднюю школу, молодой человек сможет функционировать на латышском языке, а не то, что его лишат возможности обучаться на языке его предков. Нет речи о переходе на 100-процентное обучение на латышском языке. Речь идет об усвоении латышского языка на достаточном уровне, чтобы человек был конкурентоспособным на рабочем месте, чтобы он не подвергал  опасности общество, находясь на своей должности, например, пожарный, врач, полицейский, служащий в армии, мог бы функционировать и интегрироваться. Это точка зрения правительства и парламента. Президенты Польши, Литвы, Эстонии посещали наши школы  и остались довольны высоким уровнем обучения.

 

Но ведь интеграция – это движение сторон навстречу друг другу?

 

В.В.Ф.: Я так не считаю. К чему человек хочет прийти? Каждый человек должен выбрать сам. Это один процесс. Человек как индивид живет в известной среде, в известном государстве и в рамках закона этого государства. Ему в своем процессе социализации надо находиться в этой среде. Интеграция, как она происходит, ее идеальная стадия не что иное, как интеграция в общество, процесс социализации. И не важно, говорят ли родители дома с детьми на латышском, русском, цыганском языке или на иврите. Вопрос в том, насколько молодой человек вообще сможет быть независим, сможет быть продуктивным членом в своем обществе. Это зависит от каждого, от его этнической принадлежности, насколько это для него важно. Возможно, у него нет особенных патриотических чувств или национальных, или этнических -- это выбирает каждый человек.






Поиск