Латвия, Общество, Прямая речь, Эстония

Балтийский курс. Новости и аналитика Вторник, 16.07.2019, 13:38

"Эстонский сценарий" - взгляд из Латвии

Данута Дембовская, политолог, Рига, 18.04.2019.версия для печати
Словосочетание «эстонский сценарий» переживало в Латвии разные времена. И каждый раз это блюдо подавалось под соусом разной эмоциональной окраски.

В период борьбы со школьной реформой-2004 – это было «фу» для местного русскоязычного населения. Мол, русскоязычное население Эстонии ассимилируется, лишилось политических лидеров, а мы, латвийцы – молодцы, боремся на баррикадах.


Но баррикады протестов против школьной реформы вскоре были разобраны. И Эстония, и Латвия вступили в ЕС и НАТО. На первый план вышла экономика: росли зарплаты, люди осваивали новые страны в поисках еще больших заработков, надувался пузырь недвижимости. Стало еще заметнее, как обгоняет северная соседка Латвию, а само словосочетание «эстонский сценарий», перейдя из межэтнической в социально-экономическую плоскость, стало в нашей стране и по-латышски, и по-русски произноситься уже с оттенком откровенной зависти. У них – skype, а мы – аутсайдеры. У нас была тяжелая кризисная посадка после «жирных лет», а эстонцы даже не особо просели.


Но в Латвии это все же были «жирные годы» еще и относительного межэтнического покоя, а в Таллинне в 2007 году громыхнула Бронзовая ночь. Образцово-показательный «эстонский сценарий», который в Латвии несколькими годами ранее по-русски приравнивали к ассимиляции, дал мощный сбой. Оказалось, что и этот плавильный котел - не универсальный.


В социально-экономической плоскости латвийцы – и латыши, и русские – продолжали завидовать эстонцам. Благо, соседи давали повод.


Но прошли годы, и стало ясно, что уроки Бронзовой ночи соседи усвоили: если в Латвии Центр государственного языка ужесточал репрессии, то в Эстонии становилось больше рекламы на русском языке, да и премьер взялся за изучение великого и могучего. Спустя годы словосочетание «эстонский сценарий» - вне зависимости от того, насколько объективно это мнение! – стало восприниматься русскоязычным населением Латвии скорее позитивно: и богаче соседи, и живут в межэтническом мире. Еще и центристы, за которых голосует все же и русскоязычное население, у власти.


Но на последних выборах у Эстонии – снова сбой позитивного сценария: возросла поддержка эстонских националистов из EKRE. В своем национализме они оказались еще и продвинуты: позволяют себе самоутверждаться не только на России и всем русскоязычном, но и пинают Европейский Союз и глобализм в целом.


А вчера сенсация, которая пока вряд ли укладывается в головы как латвийского политического истеблишмента, так и латвийского общества: утверждено правительство, созданное коалицией Центристской партией, «Отечеством» и… EKRE. За бортом оставлен победитель выборов – Партия реформ с 34 из 101 мандатов. Центристы, пойдя на идеологические компромиссы, не подавились двумя жирными кусками: Юри Ратас сохранил пост премьера, а Михаил Кылварт стал мэром Таллина. Президент Эстонии Керсти Кальюлайд сегодня совершает исторический визит в Москву, а премьер-министр Латвии Артур Кришьянис Кариньш вчера, выступая в Брюсселе, обозвал Россию «поставщицей грязных денег».


Я не большой знаток эстонской политики, хотя очень хорошо понимаю, почему сравнение межэтнических отношений в Латвии и Эстонии – это давно заслуженный тренд в академической среде политологов да социологов. 


Я не хочу спекулировать на том, как примет эстонское общество столь идеологически удивительную коалицию Юри Ратаса, и насколько долго она вообще будет сохраняться (президент Керсти Кальюланд еще не подписала даже указ об утверждении правительства, хотя голосование в парламенте состоялось). Не хочу тем более призывать к рассуждениям о морали: какая из эстонских политических партий, вошедших в такую коалицию, больше сдала свои убеждения и своих избирателей. Эстонский народ как-нибудь без нас разберется – благо материально он живет лучше, чем латвийский.


Я также знаю, что политика складывается из уймы составляющих, и в этом уравнении неизвестных для меня слишком много, чтоб делать выводы.


Но одно я знаю абсолютно точно: якобы медлительные эстонцы – гораздо смелее латвийцев, предпочитающих приспосабливаться к обстоятельствам, а не создавать их. Они всегда опережали нас – и в достижениях, и в ошибках, потому что первыми рисковали выбрать тот или иной путь. Ситуации в двух странах никогда не были не то, что зеркальными, но и полностью аналогичными. Поэтому прямые сравнения – не корректны.


Но меня все же не оставляет ощущение, что эстонцы опять обогнали нас на несколько шагов вперед: и оглянувшись на их недавнюю историю, на то, что происходит у них сейчас, мы можем что-то понять о своем будущем.






Поиск