Балтия – СНГ, ЕС – Балтия, Интервью, Латвия, Прямая речь, Рынки и компании, Экономика, Энергетика

Посол Польши в Латвии Ежи Новаковский. Рига, 19.05.2010.

Самая большая страна Восточной Европы, входящая в Европейский Союз, впервые в истории вошла в шестерку крупнейших экономик ЕС, объединяющего 27 государств. Такой большой прыжок Польша сделала благодаря тому, что стала единственной страной Евросоюза, сохранившей экономический рост во время мирового кризиса. По прогнозам Еврокомиссии, в 2010 году ВВП 38-миллионной Польши сохранит положительную динамику и достигнет с учетом реальной покупательной способности 535 млрд. евро.

БК: Г-н посол, назовите главные факторы, позволившие польской экономике сохранить рост в условиях мирового кризиса? Какова роль государства в преодолении кризисных явлений?

Ежи Новаковский: В первую очередь свою роль сыграла стабилизация внутреннего рынка. Польша, гораздо меньше, чем другие страны, была интегрирована в глобальный рынок. В самом начале кризиса люди еще имели деньги и тратили их на приобретение товаров, сохраняя тем самым потребительский спрос.

Еще один фактор связан с тем, что Польша не успела войти в зону евро, это притормозило кризисные явления в промышленности, а падение курса злотого по отношению к евро улучшило экспортные позиции польских производителей. К примеру, в течение всего кризисного времени Польша не только сохранила, но и увеличила продажи новых автомобилей. Тысячи немцев, получивших у себя в стране компенсации за старые автомашины, приезжали в Польшу и покупали новые машины, так же, как и покупатели из всех других стран, граничащих с нами. Тем самым на польских автомобильных заводах сохранялись рабочие места, а следовательно, и участие потребителей во внутреннем товарообороте страны. 

Важно также отметить разумную политику государства, осуществлявшего поддержку предпринимательства. Принятое еще в 2007 году решение о снижении налогов было введено в жизнь в 2008 году, а фактически проявилось в 2009-м, когда платились налоги за прошедший год. Что позволило бизнесу удержаться на плаву.

Свою роль сыграла и осторожная кредитная политика государства. Комитет банковского надзора оперативно регулировал норму обязательных банковских резервов, установил минимальную сумму, которую обязан выплачивать получатель кредита. Политика поддержки коммерческих банков со стороны Национального банка Польши была очень осторожной и умеренной. В результате чего доля ненадежных кредитов по банковской отрасли составила не более 7–8%, не превысив пограничных значений.

Следует сказать, что основную часть кредитного портфеля, как и во многих других странах, в польских банках составляют ипотечные кредиты. Особенность Польши в том, что абсолютное большинство кредитов под залог жилья люди брали для покупки новых домов или квартир. В силу чего они старались аккуратно, в первую очередь, делать платежи по кредитам. Самыми лучшими плательщиками оказались люди, представляющие средний класс и имеющие единственное жилье. В то же время банки просто не успели войти с кредитами на вторичный рынок жилья.

Постоянная поддержка экспорта стала еще одним положительным экономическим фактором. Здесь и налоговые льготы для экспортеров, и организация продаж при посредничестве госструктур.

Парадоксально, но факт, кризис в Германии позитивно отразился на польском рынке, увеличив экспорт в соседнюю страну. Германия стала главным экспортным рынком Польши. Польские продуктовые товары заняли средние полки в немецких магазинах, ранее заполненные продуктами из стран Старой Европы. Парадокс, что даже у немцев снизилась покупательная способность, и они стали покупать больше товаров из Польши. Увеличился экспорт польских продуктов и на рынки других стран. Впечатление, что в Латвию сегодня треть всех продуктов питания приходит из Польши.

Несмотря на реальное состояние польской экономики, на снижение курса злотого повлиял кризис в соседних странах. То, что происходит в Венгрии, Чехии, Словакии и странах Балтии — крупнейших наших экспортеров, оказывает бумерангом влияние на Польшу. Польская валюта больше зависит от экономик соседних стран, чем от состояния мировой экономики в целом.

Ежи Новаковский и Валдис Затлерс в день аккредитации посла Польши в Латвии. Рига, 23.03.2010.

БК: Продолжается ли в Польше процесс приватизации крупных предприятий, намеченный на 2009–2011 годы?

Е. Н.: Политика польского государства вне зависимости от того, какое правительство находится у власти — правое или левое, неизменна — сохранить госпредприятия в отраслях, имеющих стратегическое значение. 

С середины 1990-х, когда в Польше начался массовый процесс приватизации предприятий, была поставлена цель — заработать на продаже госпредприятий как можно больше денег. Ежегодный план устанавливал определенные объемы средств, получаемых от приватизации, нельзя было продавать предприятие дешевле, чем оно стоит.

Приведу пример приватизации крупнейшей страховой компании PZU, в 2001 году чересчур быстро проданной голландской компании Eureko, в семь раз меньшей, чем польская. Через некоторое время правительство приостановило действие договора. В настоящее время Eureko получает назад деньги за свои акции и уходит с польского рынка. А приватизация PZU будет организована через фондовую биржу.

Приватизация  в Польше идет своим ходом.  В 2010 году планируется приватизировать около 230 предприятий. Нет практически ни одной отрасли, не затронутой процессом приватизации.

БК: В 2009 году доля иностранных инвестиций на одного жителя в Польше была ниже, чем в Латвии, соответственно 3326 и 3599 евро в год. Какую роль зарубежные инвестиции играют в польской экономике?

Е. Н.: В первые годы рыночного строительства Польше, войдя  под нажимом глобализации на мировые рынки, остро не хватало денег для модернизации предприятий, внедрения новых технологий и ускорения развития.

По оценкам многих экспертов, Польша привлекала чрезмерно много иностранных инвестиций. Около 70% банковской отрасли находится в руках иностранцев. В то же время в 75% частных предприятий, входящих в состав международных концернов, работа идет лучше, чем на госпредприятиях.

БК: Насколько велика зависимость Польши от импорта энергоресурсов? Каковы основные подходы страны к решению вопроса энергетической независимости?

Е. Н.: Энергозависимость от внешних ресурсов в Польше одна из самых низких в Европе. И в этом заключается еще один парадокс. Конечно, имеет место определенная отсталость, польская энергетика базируется в основном на черном и буром угле. Это начинает становиться проблемой в столкновении с ЕС в контексте выбросов СO2. Звонок звонит, но время для решения проблемы еще есть.

Поставки нефти в Польшу дифференцированы, наша энергетика не зависит от российской нефти. Еще в 1970-е годы был построен Северный порт в Гданске, нефти, поступающей через него, хватает для переработки на нефтезаводах.

Газ, поступающий из России, для Польши является химическим, а не энергетическим сырьем. К тому же 30% газа добывается в самой Польше. Политика такова, чтобы не добывать газа больше, чем необходимо. Структура потребления газа: 25% — домашние хозяйства, 50% — энергетическое сырье для промышленности. При этом 65% газа используется для производства минеральных удобрений на пяти польских заводах. То есть, если кто-то прекратит поставки газа в Польшу, то закроются только эти пять предприятий.   

Парадокс в том, что Польша, одна из самых независимых в этой игре, может свободнее участвовать в решении вопросов энергетической безопасности в Европе. Для нас это не только вопрос отношений с Россией и другими странами СНГ, но и вопрос экономической независимости всего региона.

У Польши есть возможности перейти на экологические энергоресурсы. Мы хотим сохранить за собой статус перекрестка энергетических дорог. Биржа и польская валюта зависит от энергобезопасности соседних стран больше, чем от мировых игроков. 

Энергетика является одним из национальных интересов Польши. Мы активно участвуем во всех инициативах по созданию общего европейского энергетического рынка. Как самый крупный потребитель энергоресурсов Евросоюз будет диктовать условия и цены на энергоресурсы, и неважно, откуда они будут поступать — из Ирана или России.

Пока на польских предприятиях ощущается нехватка капитала, то есть заводы работают успешно, но не без резервов. Если цены на энергоресурсы, например бензин, пойдут вверх, это каждодневно будет оказывать влияние на работу предприятий, работающих без кредитов и накапливающих средства на будущее развитие. Сегодня предприятиям приходится бороться за жизнь, а не за будущее.

БК: В приграничных с Польшей Беларуси, России и Литве  собираются строить атомные станции. Какова позиция Польши в отношении этих проектов? 

Е. Н.: Современная генерация атомных электростанций значительно безопаснее, чем Чернобыльская АЭС. Польша активно поддерживала проект Игналины-2, согласившись несколько лет назад войти вместе со странами Балтии в консорциум по строительству атомной станции в Литве. К сожалению, из-за внутренних разногласий в Литве, проект продвигается с черепашьей скоростью. Для Польши этот проект важен, так как на северо-востоке страны ощущается нехватка электроэнергии. Чтобы стабилизировать экономику региона, надо получить из других стран около 2 тыс. мегаватт электроэнергии.

В Польше  есть собственные проекты строительства АЭС: в юго-западной Силезии и на северо-востоке — рассматриваются два варианта. Так как проект Игналины-2  заторможен, Польше придется ускорить работу над своими проектами АЭС. Если бы Игналина-2 строилась, то в Польше в первую очередь начали бы строительство АЭС на юге, теперь же более актуально заниматься атомным проектом на севере.

В то же время Польша готова сотрудничать в сфере атомной энергетики с Калининградом и Беларусью, но сотрудничество должно строиться на деловой основе, а не на политических принципах.

Игналина-2 во многом политический проект, связанный с созданием единого европейского энергопространства. Польша участвует в построении энергетического моста между Балтийским регионом и Европой. И если Игналина-2 будет построена, то объемы энергоресурсов будут значительно больше.

Теоретически, энергомост и Игналина-2 — два разных проекта. Но реально они, более-менее, связаны между собой. Строительство энергетического моста ускорилось бы, если бы началось строительство АЭС в Литве.

В целом позиция Польши открытая. Мы понимаем, что строительство энергомоста в Европе надо развивать на основе экологически более чистых источников энергии, в меньшей степени загрязняющих окружающую среду.

Мацией Климчак, Адам Даниел Ротфельд, Иван Шпилда и Ежи Марек Новаковский на вручении наград Латвии. Рига, 01.05.2010.

БК: Как кризис повлиял на экономические отношения с Латвией?

Кризис в Латвии несколько снизил объемы товарооборота между нашими странами, но с другой стороны позиция Польши улучшилась. Есть надежда, что кризис окажется полезным для развития экономических отношений между нашими странами. Во-первых, Латвии и Польше необходимо искать как можно больше партнеров, в том числе инвестиционных. До сих пор латвийских инвестиций в Польше больше (50–60 млн. евро), чем польских в Латвии. Латвийские предприниматели приобрели в Польше пару заводов — химический и стеклодувный. В Латвии только одна крупная польская инвестиция — предприятие Bella.

Надеюсь, под нажимом кризиса польские компании увеличат свои инвестиции в Латвию, так как имеются данные, что иностранные инвестиции улучшают позиции компании в кризисные времена. В Польше наметился процесс среди малых и средних предпринимателей по вложению капиталов за рубежом. Если компания средних размеров работает не только в Польше, ее конкурентные позиции на местном рынке улучшаются.

Есть несколько польских компаний, которые хотели бы более активно работать в Латвии. Возможности увеличить свое присутствие на латвийском рынке ищет компания Orlen, готовая не только занять часть рынка АЗС и предлагает экспортировать нефтепродукты через территорию Латвии. Продукция Orlen самая качественная в регионе. Есть и другие компании. Их приход в Латвию зависит от позиции правительства в вопросе льгот для иностранных инвесторов, от того, откроет оно дверь, или лишь приоткроет ее.

БК: С Польшей сотрудничает 21 латвийский вуз. В чем секрет интенсивности взаимоотношений в сфере науки и образования?

Надеюсь, межвузовское сотрудничество окажется хорошим примером в отношениях между Польшей и Латвией.  И оно будет развиваться и в дальнейшем.

Существует давняя традиция отношений между вузами Польши и Балтийских стран. На мой взгляд, страны Вышеградской четверки и Балтии должны более тесно сотрудничать в области науки и образования. Мы вместе вошли в ЕС и пытаемся догнать среднеевропейский уровень развития. Сотрудничество необходимо, чтобы наши вузы стали полноценными игроками на карте ЕС.

Пока среди 200 лучших вузов мира нет ни одного из нашего региона.

Для поляков Рига исторически была одним из образовательных центров, куда они приезжали учиться даже из Варшавы. Латвия — единственное место в мире, где получили образование все три довоенных президента Польши.

БК: Вы попали в нашу страну не в лучшие времена. Ваши впечатления от Риги и Латвии.

В два последних десятилетия я бывал в Риге много раз. Если смотреть на город, шагая по его улочкам, замечаешь, что в последние полтора года здесь стало пустовато. Перестало быть проблемой найти место в ресторане, на дорогах исчезли пробки.

Однако последние два-три месяца, проезжая на автомобиле в Польшу и обратно, стал замечать, что процесс опустошения несколько смягчился и начал поворачивать в обратном направлении. На трассах появилось много грузовиков, что свидетельствует о возрождении экономики. Больше народу в ресторанах и кафе. И это хорошо.

Но есть и другие индикаторы кризиса — ухудшается качество автомобильных дорог. Если в начале 90-х казалось, что в Латвии и Литве дороги лучше, чем в Польше, то сегодня на первом месте Литва, на втором Польша, и на третьем Латвия.

Но без быстрого развития инфраструктурных проектов интеграция стран Балтии в Европу сильно затормозиться. Останется лишь серая зона, обслуживающая олигархов.

Фото О. Павук и пресс-фото.