Балтийский Курс № 42, ЕС – Балтия, Финансы

Нами выбран метод “от общего к частному”. Поэтому в первом, вводном обзоре, мы расскажем о современных тенденциях на финансовых рынках и тех базовых обстоятельствах, которые привели к возникновению MiFID. Во втором обзоре речь пойдет о целях и задачах MiFID и перспективах развития финансовых инструментов в ЕС.

“Четвертая свобода” — проблемы изнутри

Общий рынок капиталов, или “четвертая свобода” ЕС, — пространство сложное и комплексное, имеющее, по крайней мере, шесть составляющих, или направлений развития: 

• Регулирование банковского сектора.

• Ценные бумаги и инвестиционная деятельность (в этом секторе главным образом и будет действовать новая директива MiFID).

• Различные формы и виды страховой деятельности (также регулируется MiFID).

• Оказание коммерческими банками финансовых услуг населению и мелким фирмам.

• Деятельность “финансовых конгломератов”.

• Различные пенсионные фонды.

Среди указанных составляющих финансовых рынков, регулируемых Евросоюзом, по крайней мере, три наиболее подвержены механизмам либерализации: банки, страхование и ценные бумаги/инвестиции. Подробную информацию об этом смотри на сайте Евросоюза: www.ec.europa.eu

Общий процесс консолидации на общем рынке в целом, а также либерализация движения капитала и платежных средств, в частности позволяет гражданам ЕС осуществлять свои финансовые операции за рубежом: открывать счета в банках, покупать акции иностранных компаний, приобретать недвижимость и др. Правда, значительно больший объем регулирования в “четвертой свободе” все-таки остается за странами-членами ЕС.

В 2005 году Еврокомиссия наметила новые планы по унификации финансовых услуг на период до 2010 года. Одним из компонентов этого плана в части регулирования инвестиционных потоков в Европу и связанных с этим рынком ценных бумаг и стала директива MiFID. Ее текст также можно найти на юридическом сайте ЕС по адресу: eur-lex.europa.eu

Экономика и финансы: “единство многообразия”

Даже если бы финансового кризиса нынешнего лета и не было, то внимание к финансовым инструментам в современном обществе все равно бы сохранилось.

Около дюжины триллионов(!) долларов, или несколько тысяч миллиардов — именно настолько сократились активы финансового сектора в мире за пару нынешних летних месяцев. Для глобального ВНП это означает потерю примерно 5% годового прироста в мире! Что и говорить — огромная сумма! Неурегулированные “финансовые инструменты” сыграли здесь далеко не последнюю роль. Как, впрочем, и новая роль финансов в экономике: со всеми активами и фондами финансовый сектор давно обогнал экономику в ее материальном воплощении.

Традиционно “финансовая составляющая” развития всегда считалась некой частью, хоть и важной, экономического роста любого государства. Однако все более разбухающий финансовый рынок со всеми его новыми инструментами развивался после 1970-х годов настолько бурно, что уже сегодня составляет около 10 мировых ВНП (Financial Times, 7 August 2007, p. 24). Поэтому чтобы ни случилось с финансовыми рынками, это неминуемо отразится на общем состоянии экономики, как в отдельных странах, так и в мире. Но это еще, как бы сказать, только часть проблемы...

Традиционно макроэкономика и финансовый анализ определяют “наличность” (ликвидность), как финансовые ресурсы в виде денежных купюр/банкнот в обращении, банковских депозитов и тех резервов, которые коммерческие банки держат в центральном банке. Нетрудно увидеть, что современное развитие общества предлагает целый ряд совершенно новых инвестиционных и финансовых “инструментов”, работающих в сфере финансовых активов. Поэтому современное определение “наличности” или ликвидности (от англ. liquidity) включает также и страховые фонды, и, так сказать, опосредованные долги (securitized debts), а также их различные производные инструменты или деривативы (опять же от англ. derivatives).

Новые виды и формы ценных бумаг (security) дополняют традиционные компоненты наличности двумя способами: а) расширяя круг инвесторов и б) трансформируя понятие риска (и увеличивая объемы задолженности), который инвесторы готовы нести, приобретая активы (а банки — в надежде, что их спасет центробанк). И то и другое, собственно, и произошло нынешним летом.

Таким образом, такие инструменты, как “страховые” долги, валютные обмены и различные кредиты “сдвигают” долговые риски с банков на все более расширяющиеся группы инвесторов и рядовых потребителей. Как один из результатов — банки и дальше могут “влезать” в долги, продолжать заимствовать и выдавать сомнительные кредиты.

Краткая история MiFID

Инвестиционные операции с ценными бумагами подверглись первыми регулированию на уровне ЕС в директиве Совета № 22 от 10 мая 1993 года. Тогда, почти 14 лет назад, вводились правила для инвестиционных фирм и банков, в соответствии с которыми последние могли оказывать услуги или создавать с этой целью филиалы в других странах на основе регистрации в своих странах и надзора своих национальных ведомств. Одновременно предусматривалась гармонизация некоторых условий проведения операций на регулируемых рынках.

Однако дальнейшая активизация и развитие инвестиционной деятельности, в частности, выход ее на так называемые многосторонние торговые формы (MTF — multilateral trading facilities) потребовали внести изменения в эту директиву.

Непосредственным источником этой директивы было одобрение Еврокомиссией в конце 2000 года информационного Меморандума 729 о придании большей эффективности принятой в то время директивы по инвестиционным услугам. Меморандум предлагал систему, базирующуюся на: а) более тесной интеграции рынка инвестиций и б) совершенствовании охраны прав инвесторов. Эти два положения меморандума затем почти 7 лет обсуждались в странах-членах ЕС, реализовавшись в ряде директив и постановлений.

От директивы — к постановлению

В силу специфики директив ЕС государства-члены Евросоюза обязуются внедрить в определенное время цели и задачи директивы MiFID применительно к условиям своих стран. В Еврокомиссии посчитали, что отдавать на откуп правительствам столь серьезную проблему, мягко говоря, не очень серьезно. В этой связи летом 2006 года Комиссия одобрила постановление ЕС (Commission Regulation/EC, No 1287/2006 of August 2006), касающееся практических мер по унифицированному “воплощению” директивы MiFID.